Андрей Гасинец
36 лет
Дата смерти: 5 мая 2020 года.
Сестра Андрея рассказала его историю:

— Я рассказываю вам, чтобы люди понимали: молодые тоже умирают. Моему брату было 36 лет, он 8 (!) раз обращался к врачам, не пытался заниматься самолечением и хотел жить!

Мой брат жил в одной квартире с отцом, первым заразился наш папа. Он священник и заболел вместе с другим батюшкой. Симптомы заболевания у папы появились 15 апреля, вызвал врача, но с температурой оставался дома до 21 апреля. Его трижды навещал врач, а 20 апреля отец узнал, что у коллеги COVID-19. Позвонил в скорую, там порекомендовали обратиться к врачу, а уже врач — сделать снимок. Папа на такси поехал в поликлинику, где подтвердилась двусторонняя пневмония.

У брата симптомы болезни появились 17 апреля: небольшая температура, болело горло, першило, в носоглотке неприятные ощущения. Понимая, что болен отец, Андрей пошел в поликлинику и попросил дать больничный. Отказали. Якобы было недостаточно симптомов, но прописали антибиотики, вечером брат снова пошел в поликлинику, становилось хуже. Александра отправили лечиться на выходные домой. На следующий день температура поднялась выше 38, брат вызвал врача из поликлиники, ему снова выписали лекарства и сказали соблюдать постельный режим.

Андрею было 36 лет, он работал в Департаменте охране Первомайского района (силовое ведомство). Не жаловался на здоровье, хронических болезней у него не было. Единственное — лежал зимой в больнице с рожистым воспалением.

Брату становилось хуже, температура поднялась до 39, сбивалась ненадолго. В понедельник, 20 апреля, он вызвал врача, его послушали, легкие были чистыми. Когда 21 апреля папу госпитализировали, я сама вызывала брату скорую. Врачи измерили температуру, послушали, сказали, что в больницу ехать бессмысленно, он все равно вернется домой, — уточняет Ольга.

С температурой 38,3 Андрей пошел делать снимок в поликлинику, снимок ничего не показал. Мужчине становилось все хуже, появилась одышка, он снова набрал 103.

Брата отвезли в 5-ю больницу, еще раз сделали снимок, на этот раз уже левосторонняя пневмония, экспресс-тест на коронавирус был отрицательным. В больнице сказали: могут госпитализировать, но в палату, где лежат пациенты с подтвержденным COVID-19. Андрей отказался.

За почти неделю болезни Андрея положительной динамики не было. Я, надев респиратор и одноразовую одежду, поехала к нему домой. Там же и узнала: у их отца коронавирус. Видя, что у Александра температура не спадает и держится выше 39, она снова вызвала бригаду врачей. 23 апреля его госпитализировали в 10-ю столичную больницу.

Сперва Андрея положили в отделение гнойной хирургии, он был один в палате на кислороде. 27 апреля брата перевели в реанимацию. Буквально утром говорила с ним, спрашивала, как себя чувствует: «Знаешь, кажется, лучше, чем дома. Хоть дышать тяжело». Слышала, как он говорил с одышкой, еле мог ходить в душ. Еще через три дня его перевели на ИВЛ, 1 мая у Андрея стали отказывать почки, его подключили к диализу, а позже стало отказывать сердце. Сегодня утром позвонили и сообщили: Андрея скончался… Я посчитала, он только на восьмой раз смог получить адекватную помощь, — добавляет сестра.

25 апреля со мной связались из санстанции. Сказали, у Андрея подтвержден коронавирус, она контакт первого уровня, необходимо изолироваться на 14 дней. Моя семья переехала к родителям мужа, в квартире я осталась одна.

Наш папа до сих пор в госпитале, он пробыл несколько дней в реанимации, а сейчас идет на поправку. Возможно, на днях его выпишут. Очень жалею, что сразу не добились госпитализации. Не знаю, что покажет вскрытие, но брат ни на какие болезни не жаловался. Когда последний раз видела его 23 апреля, уходя, спросила: «Ты боишься?». Он ответил: «Боюсь». Я уточнила: «Боишься, что тебе станет хуже или что не помогут?». Брат сказал: «И того, и другого боюсь».

 — После смерти сына сходил в поликлинику № 28, чтобы узнать, почему ему сразу не дали больничный. Был на приеме в управлении Следственного комитета Первомайского района, там посоветовали сразу обратиться в Минздрав, а уже потом приходить к ним, — рассказывает TUT. BY Василий Гасинец, отец Андрея, и зачитывает жалобу, которую 22 мая отнес в Минздрав на имя министра: — «Уважаемый Владимир Степанович, хочу обратиться к вам с необыкновенной, на мой взгляд, просьбой. О наказании ваших подчиненных. 5 мая умер мой сын Андрей, ему было 36 лет, и умер он от коронавируса. У нас с ним были одинаковые симптомы, у него даже тяжелее, чем у меня. Возникает всего лишь один вопрос: почему с одинаковыми симптомами меня госпитализировали, а его — нет?».

Далее в документе Василий Гасинец вспоминает всю хронологию событий и просит провести служебную проверку. Говорит, как только придет ответ из Минздрава, он обратится в суд, прокуратуру и Следственный комитет.

Источник: https://news.tut.by/society/683 273.html
https://news.tut.by/society/685 697.html

Источник фото: коллега умерщего.
Made on
Tilda